Часть 6: Шеф Монен (69 лет) из Маргратена

Фотография и текст Йеруна Хендрикса

С 2012 года бывший полицейский вместе со своей женой Моник Эйзерманс являются попечителями двух могил. Третья могила находится под опекой Фонда, председателем которого он является.

«Жакес Эйзерманс, отец Моник, в молодости был пленным в лагере «Амерсфорт». После выхода на пенсию он начал об этом рассказывать. Он был родом из Рурмонда и должен был работать в Германии. Оттуда он сбежал и вынужден был скрываться, но его предали. Так он попал в лагерь «Амерсфорт». Он рассказывал о плохом обращении и о «Розовом саде». Также от него мы узнали о том, что в лагере была группа русских, с которой обращались гораздо хуже, чем с остальными», — рассказывает Шеф.    

«Когда я, Моник и её родители, Жакес и Тини, ездили в лагерь «Амерсфорт», то было очень трудно сдерживать эмоции. Также мы побывали у русского монумента «Кудрист». 

Впоследствии каждый год 19 апреля, в день передачи лагеря Красному Кресту, мы посещаем памятную церемонию в лагере. На одной из церемоний Ремко Рейдинг выступал с речью, во время которой он рассказал о 101 погибшем советском солдате и о русских из Маргратена, перезахороненных на Советском Поле Славы. После церемонии мы с ним немного поговорили. Это было начало хорошего знакомства».  

Шеф и Моник также взяли под опеку могилу на американском военном кладбище в Маргратене. Моник сделала выше размещённую фотографию Шефа у этой могилы.

Кладбище в Маргратене является для Шефа и Моник связующим звеном с Леузденом и, разумеется, напоминает о том, что Жакес Эйзерманс был пленным в лагере «Амерсфорт». Он умер в 2016 году, и могила, попечителем которой он являлся, перешла к старшему сыну Шефа и Моник.